Из рассказов и писем детей войны

За долгие годы заросли травою окопы Великой Отечественной. Дети, родившиеся до и во время войны, стали взрослыми, у них уже свои дети и внуки. Война ушла в прошлое, легла на страницы учебников истории. А знают ли современные дети правду о жизни детей войны? Белорусская писательница Светлана Алексиевич, автор повествования «Последние свидетели», отмечает: «…ребёнок, прошедший через ужасы войны, ребёнок ли?.. …рассказанное ими — подлинный документ, хотя говорят уже взрослые люди…»

Из рассказов детей войны

(материал взят из журнала «Подорожник», рассказы и воспоминания детей военной поры)

Уральский краевед В. Ефимов: «Из рассказов и воспоминаний детей войны, личных и субъективных, мы видим живую, не искажённую гримом, историю страны».

В мае 1945 года в одном из детских домов решили порадовать своих воспитанников, чтобы им запомнился День Победы. «Раздобыли яйца, сахар, молоко. В большую деревянную бочку поставили бидон с этой смесью, обложили льдом с солью. Потом крутили этот бидон, пока на стенках не появилось подобие мороженого. Всего по несколько ложечек досталось ребятишкам, но этот «пломбир сорок пятого» они помнят до сих пор.

Рассказывает Е. Косоротова:

Мне было восемь лет, когда началась война. Хорошо помню, как взволнованные родители спешили к сельскому клубу. Тут, на высоком столбе, висело радио — большая «чёрная тарелка». Здесь собрался весь посёлок. Как только зловещая «тарелка» объявила о начале войны, наши мамы заголосили, и мы, ребятишки, осознали, что происходит что-то страшное…

Из воспоминаний М. Адоньевой:

Мы, ученики, разгружали уголь из вагонов для школы, стаскивали его в вёдрах и на носилках. Помню первых пленных, появившихся в городе. Нам интересно было видеть живых фрицев, кричим: «Гитлер капут!» Они и не спорят: «Капут, капут…»

Из рассказа Л. Кузнецовой:

В военное и первое время после войны нас спасало то, что мы выдёргивали из земли и варили разные коренья, а корни камыша очищали и ели сырыми — они были сладковатыми; ели всё, что росло в поле, в лесу, у заборов. Как-то ранней весной мы с родителями пошли в гости и нас, детей, послали в огород искать оставшуюся с осени в земле картошку. В ту голодную послевоенную пору из мёрзлой картошки получились, как нам казалось, вкуснейшие оладьи!

Из рассказов и писем детей войны.

Из писем детей войны

(материал взят из книги «Судьбою не обласканные дети». Письма детей погибших защитников Отечества)

А. А. Готина в предисловии к книге: «Наши отцы погибли, защищая Советскую Родину на фронтах Великой Отечественной войны (1941-1945 гг.). Мы говорим о вдовьей доле наших героических матерей, тружениц тыла, вспоминаем своё сиротское детство».

Пишет В. И. Адищева:

Отец ушёл на фронт в первые дни войны, нас было трое у мамы. В сорок третьем пришла похоронка. Мне было шесть лет, но я запомнила на всю жизнь, как кричала мама, и кричали мы с ней. Мама работала до позднего вечера в поле, а ночью, уложив нас спать, шила бельё для фронта — был такой приказ. До сих пор помню своё голодное детство: ели лепёшки из конопли, лебеды. Мама всегда была в слезах.

Из письма Ермаковой М. В.:

Мне было 2 года и 2 месяца, когда отец ушёл на фронт, а брату — всего 2 месяца… Маме и 24-х лет не было, когда она осталась вдовой.
Сейчас я на пенсии и, кажется мне, что детства у меня и вовсе не было. Не было игрушек, до семи лет бегала босиком. Сплошные простуды, всегда хотелось есть. Хорошо, что в деревне жили: лебеды и крапивы хватало на всех, а там и картошка вырастала… На колхозном перепаханном поле мы с братом собирали весной прошлогоднюю замёрзшую картошку и стряпали лепёшки, а из картофельных очистков пекли хлеб, добавляя туда горсточку отрубей. Председатель лично сам гонял нас с поля.
…Поросёнка можно было держать только одного, а если двух, то нечем было налог платить за второго. Когда держали корову, помню, сдавали в качестве налога масло и молоко (не излишки, а в обязательном порядке). Шкуры свиные тоже сдавали в обязательном порядке.

Пишет Жмак М. Ф.:

Мой отец, танкист, погиб в самом конце войны, оставив вдове четверых детей… Выжили мы только благодаря природе нашей деревенской да разнотравью. Хорошо запомнил, как за неуплату непосильных налогов у матери забирали последнюю корову-кормилицу. Сколько слёз было, когда её уводили со двора!

Из письма Свинцовой А. М. (читайте также большой и подробный рассказ автора письма о своём военном детстве):

За холодом и голодом нагрянули болезни. Особенно тяжело болели дети. Я запомнила себя часто болеющей, очень слабенькой девочкой, тепло укутанной, лежащей в постели спиной к тёплой печке. Я не могла ходить, настолько бессильными были мои ноги.
…надо было лечиться и соблюдать нормы гигиены, но как? Лишнего куска мыла не раздобыть, поэтому стирку белья проводили в щелочной воде, настоянной на древесной золе. Полоскали в реке: зимой в проруби, летом — с мостков.

Квитинская С. И. писала:

Наша мама, Александра Даниловна, с раннего утра и до поздней ночи работала, зарабатывала на кусочек хлеба. Мы с Владиком были очень ответственные дети, рано повзрослели. Никто не заставлял нас что-то делать по дому. Сами вставали ранним утром, даже раньше мамы, доили корову, убирали в стайках, носили дрова, воду. За своей заботой порой не замечали, когда мама убегала на работу. Мы были словно маленькие старички. Мама очень долго (15 лет!) ждала папу с войны. Увы, напрасно…

Однажды мама долго не возвращалась с работы, и мы с братом пошли в поле собирать колоски. Этого категорически нельзя было делать: тюрьма! Объездчик на лошади догнал нас и так меня избил кнутом — всё платьишко на спине разорвал. Вернулись мы с Владиком домой голодные, босые, избитые. Целый месяц я могла лежать только на животе, пока не зажили на спине разрезы от кнута. Колоски были такие упругие, наполненные зёрнышками, а дети — вечно голодные. Но не разрешали нам собирать колоски: пусть лучше лежат и пропадают…
Мы падали в голодные обмороки, по нашей одежде ползали вши, заедали нас. По этой причине меня, уже школьницу, мама стригла наголо…

Из письма Масловой Г. М.:

Мы рано расставались с детством, рано взрослели и узнавали жизнь во всей её «красе»… Многие из нас побывали под разрывами бомб и снарядов, слышали свист пуль над головой, испытали страх смерти.

Оккупация. Это постоянный страх, голод и холод… Каждый вечер на противоположном берегу Кубани в бывшем парке звучала музыка, перекрывая гул реки. А в это время фашисты расстреливали там пленных солдат и мирных жителей… Мы жили в постоянном страхе: залаяла собака, загудела машина — всё, за нами…
Помним, как в сорок втором году встречали первую машину с нашими освободителями… Мы бежали по льду, по снегу, то и дело падая… Кричали и плакали, падали и снова бежали.

Школа. В сорок третьем году я пошла в первый класс. Ни учебников, ни тетрадей. Чернила делали из бузины. Писали на старых газетах, книгах… Всё надо было делать самим: заготавливали хворост, дрова, пилили, кололи, топили печки. Собирали сосновые шишки, сушили их и приносили в школу. Осенью, начиная со второго класса, по колено в снегу и грязи, с красными от холода руками, промокшими насквозь ногами, копали в поле в подсобном хозяйстве картошку, морковь, убирали капусту. А летом нас оправляли в колхоз, сначала на прополку, потом на уборку и перелопачивание зерна огромными ведёрными плицами. Это уже в послевоенное время. Школьники оставались рабочей силой.

Новикова В. М. писала:

В сентябре 1943 года в наш дом пришла похоронка, умер любимый сын и муж. Разве можно выразить словами огромную боль утраты дорогого человека. Как метались, кричали и голосили три осиротевшие женщины: мать, жена, сестра. И бегала между ними напуганная маленькая девочка, мне не было тогда и трёх лет. Вскоре мама собрала небольшую посылку и вложила в неё письмо. Она написала о гибели дорогого человека, просила бить фашистов и умоляла: «Отомстите за мужа. Некому отомстить. Погиб последний мужчина в семье»…
Каждому из нас, потерявших своих отцов в годы Великой Отечественной войны, есть о чём рассказать. Наши бабушки, матери, мы, бывшие в войну детьми, многое пережили. Это огромная трагедия трёх поколений, и до последней нашей минуты она — в наших сердцах.

На видео: короткометражный фильм «Дети войны», снятый детской телестудией «Метроном»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.